О “подкаблучниках” и “лохах” глазами американки

После моего развода с руссским мужем, я поклялась себе, что больше никогда в жизни не свяжусь с русским. Хочу Джона, Хосе, Карла- только не Ивана. 

Не потому, что все Иваны- плохи.. а потому, что зажрались. Избаловались. Исковеркались… Ожидания подчас размером с Говерлу, а возможности- ростом с муравейник. И это тенденция. 

Да, мне хорошо говорить- я глаголю из Америки, где мужчины гуляют с детьми, катают их на качелях, и забирают на весь день в выходные, давая жене сходить на маникюр. Они, равно как и жена, встают к орущему ребенку по ночам, и меняют памперсы. Они не считают зазорным отказаться от бара после работы, когда дома ждёт семья. И они не считают это – подвигом. Это нормально! Это правильно! Назвались сильным полом- будьте любезны, будьте сильными! Ваша сила в том, чтобы понимать нашу слабость. А не пользоваться ей. 

Помню, как однажды зашла к подруге. Она была в декрете, с маленькой дочкой на руках. Забеганная, уставшая женщина и  ее  муж, сидящий  в растянутых штанах, и играющий в компьютер… Я присела на диван, подруга засуетилась с чаем, отдав мне на несколько минут ребёнка. Она металась по маленькой кухне, собирая чашки и блюдца, одновременно помешивая суп на плите, и кормя кота. Муж, сидящий за игрой, даже не пошевелился, хотя ребенок у меня на руках начал плакать и выгибаться. Я, пытаясь его успокоить, прыгала по комнате, улюлюкая и гримасничая, в то время как его отец, равнодушно глянув на это действо, продолжил стрелялки. “Вот козел.” Подумала я, вся мокрая от прыжков с орущим ребенком. Хотелось подойти и треснуть, да так, чтобы сам впечатался в свой монитор своей наглой физиономией….Но муж, слава Богу, не мой, поэтому бить нельзя. А так хотелось…

Подруга поставила чай на стол, и приняла из моих трясущихся рук кричащую дочку. Я с облегчением плюхнулась на стул, вытирая мокрый лоб и судорожно делая глоток чая. Подруга успокоила ребенка, и устало мне улыбнулась. Только сейчас я заметила мелкие морщинки на ее молодом  лице, и небрежно забранные в пучок волосы. Всегда радостная и ухоженная, сейчас она была похожа на загнанную лошадь, взмыленную и до смерти уставшую. “Как ты?” Спросила она, не дотронувшись до чая. Мы давно не виделись, я прилетела из Америки спустя несколько лет и новостей было много…Она вышла замуж, родила. Муж работал мелким менеджером, денег было мало. Она, сидя в декрете, пыталась подрабатывать переводами, сидела ночами и бегала с ребёнком по врачам. То простуда, то грипп. То прививки. То зубы… 

Я сидела, слушала и волосы шевелились на голове. “А муж? Помогает?” Робко поитересовалась я, заранее зная ответ. Она тихо вздохнула, и опустила глаза. “Конечно, он бывает смотрит за ней, пока я убираю. Она пылесоса боится…Он с ней в другой комнате сидит..” 

Я отвела взгляд к окну. Тихий, слякотный вечер, грязный снег на тротуаре…истоптанный миллионами ног таких же несчастных женщин, толкающих застревающую в подтаявших лужах коляску. Тусклые фонари, и протекающие ботинки. Они заботливо подтыкают теплые одеяла под спящих детей, хлюпая в мокрой обуви домой, торопясь приготовить ужин так называемым “мужьям”. Тащат сумки с базара, толкают коляску в подъезд без пандуса. А дома, разрываясь на части, стряпают ужин, пылесосят и сушат мокрые ботинки, не спуская с рук ребёнка. И это всё для того, чтобы нести звание “жены”. И никто их за это не похвалит. Не обнимет, не прижмет к груди и не оценит. Потому что “она должна”. А он “не должен”. Он же на работу ходит….

Я не стала рассказывать ей о том, что мой муж, да и любой “муж”, обычно помогает. И не ждёт, пока жена попросит. И не делает одолжения. И берется за посуду и пылесос сам, придя с работы и переодевшись. И детей увозит вечером в бассейн, чтоб жена отдохнула. И любит, и не смотрит с упреком. И что это – нормально! 

Я молчала. И благодарила Бога за то, что я живу в мире, где это- нормально. Там, где мужчина есть глава семьи, несущий львиную долю домашних обязанностей, не ожидая похвалы. Он- не только физиологически мужик. Он- мужчина, сильный, понимающий, полноценный партнер в семейной рутине. Он ходит на работу, ездит за продуктами и помогает делать ужин. Он привычно моет посуду, а потом, сгребя детей в охапку, играет с ними в компьютерные игры. Он- отец, муж, стена. А я могу в это время завернуться в махровый халат, и писать очередную статью. Потому что я- тоже человек, у меня есть хобби и жизнь помимо памперсов. И никто не требует от меня пирогов и швабры, потому что уважает и любит. И дорожит, и главное- бережет. И потому что он- настоящий мужчина…

Да, меня избаловала Америка с ее равноправием, и свободой мысли. И да, я люблю быть женщиной, а не домашним роботом. И мне нравится то, что мои сыновья вырастут партнерами своим женам, а не юзерами, сидящими в растянутых трениках и равнодушно наблюдающих за забегавшейся и падающей с ног женой… “Подкаблучники”, скажут большинство мужиков, сидящих со стаканом пива в “разливайке”, чьи жены сейчас сушат протекшие ботинки и наспех чистят картошку на ужин. “Лох!” Вторят им такие же дружки с пивными животами… А я верю, что именно они и есть стадо неблагодарных “немужиков”, сидящих на поломанных женских спинах, и пыхтя от гордости, что они – сильная половина человечества. Где уж там… 

***

“Жена, жрать давай”, слышу голос из ниоткуда. Резкий выкрик вывел меня из моих раздумий. Это наш игрок проснулся, проголодался, бедный. Подруга устало поднялась, молча налила суп и поставила перед “мужем”. Он, ни сказав “спасибо”, начал лакать из тарелки. “Хлеба дай!” Указал он, не сдвинувшись  с места…”Муж?!” подумалось  мне… “да нет, просто мудак…”

Девочки, девушки, женщины! Давайте себя любить! Давайте же научимся отличать  “мудаков” от “нормальных мужиков”! Есть еще хорошие мужья, заботливые и думающие! Есть они, те, что не считают вас- прислугой! Поверьте, сильная женщина- это та, что живет со слабым, никчемным существом, и вынуждена быть сильной….Ищите, смотрите и не нужно компромисса. Жизнь у нас одна, любите и уважайте того, кто идет с вами под руку по жизни. Того, кто вас ведет за собой, а не едет на ваших поломанных шеях… 

Правила поведения в русском магазине 

Вчера зашла, то есть, закатилась со своим девятимесячным пузом, в русский магазин. На кассе приятный молодой человек, явно новенький, видимо, свежеприехавший. И на свою голову устроившийся на работу, при которой нужны стальные нервы. Парень напоминал Алексей Воробьева, такой себе одуванчик. Улыбчивый, голубоглазый, вежливый. Вобщем, я порадовалась, что наконец-то позаботились и о сервисе. Встала в очередь, и переминаясь с ноги на ногу и потирая спину,  стала ждать возможности заплатить за свою Боржоми. 

И тут картина маслом. В магазин, расталкивая и задевая всех стоящих своей тележкой на колесиках, заплывает бабуля. Такая типичная сан-франциская дама преклонных лет, прожившая последние двадцать лет на улице Гири, самом русскоязычном районе залива, где английским владеть необязательно. Накрученная колечками челка, вязанная шапочка и обильный макияж. Такой себе воинственный индеец в действии. Проехавшись тележкой по ногам стоящих в очереди и ворча себе под нос о том, что “проход у них узкий, невозможно проехать”, и даже не подумав извиниться перед обалдевшей публикой, она остановилась перед стойкой с газетами. “Разложили все не по порядку”, ворчала дамочка, “почему я искать должна, вот упыри…”, продолжала она, ковыряясь в газетах, и перекладывая их в порядке полного хаоса друг на друга, перемешивая стопки. Причем делалось все это с раждражением, похожим на то, если бы она бигудями прижгла себе скальп пять минут назад, и еще не отошла от стресса. Перелопатив все возможные газеты и журналы, и свалив все в безобразную кучу, она выудила несколько экземпляров, и проехав по ногам очереди еще раз…втиснулась в очередь прямо передо мной, больно задев мое впереди стоящее пузо! От такой наглости я отпрыгнула  назад, наступив на ногу стоящему сзади меня мужчине кавказской национальности. Джигит, как полагается джигиту, широко улыбнулся и заботливо подхватил меня, уже было потерявшую равновесие и собиравшуюся падать, и поставил на место, заботливо придержав за мою беременную талию. “Спасибо”, промычала я, и высвободившись из объятий обрадованного спасителя, снова уперлась животом в бабку, не расчитав расстояния. Она резко развернулась  и уставилась на меня, буравя из-под  густо накрашенных век и явно собираясь сказать мне “что-то плохое”. Измерив меня взглядом с ног до головы, она уперла руки в боки. “А тебе, милочка, не говорили, что старших нужно пропускать вперед? Уступать место? Уважать, в конце концов?!” Распалялась бабуля, продолжая смотреть на меня бульдогом, готовым на схватку прямо сейчас. “Извините, я случайно”, теряя терпение, отвечаю фурии, и чувствую, что спина предательски ноет и болит от долгого стояния, я очередь похоже застряла на долго. Индеец с тележкой и не собиралась расплачиваться, зато явно собиралась с силами произнести речь. Это было видно по тому, как она подсобралась, нахохлилась и полностью развернулась в сторону удлинившейся очереди. Люди, хорошо знакомые с местными нравами, выудили телефоны и пошли на фэйсбук, пережидая бурю. Бабка займет несколько минут, жертва выбрана, можно и отдохнуть. Я приготовилась слушать, и оперлась на ближайшую полку с конфетами. “Совсем охамела молодежь! Уважения- нет! Воспитания-ноль! Наприезжали тут, навели порядки! С пузом надо в больнице лежать, а не расхаживать тут! И так непротолкнуться, проходы понастроили тут! Да тут и собаке не пройти, а они людям предлагают! Жулики! Все – жулики, выстоили свое благополучие на нас, а мы всю жизнь пахали! От смены до смены, теперь с артритом и радикулитом еле двигаемся! А они, жулье, на курорты ездят! Жрут икру! Напокупали себе магазинов, а для людей- ничего! Вон, и газеты положить нормально не могут, как свиньям накидали!”, горячилась дамочка, указывая старческим наманикюренным пальцем на ей же сваленные в кучу газеты пять минут назад. “Капиталисты хреновы!”закончила бабуля, засовывая красную икру в пакет, и вытаскивая из кошелька наличку. И тут пришла очередь Воробьева, когда ураган “бабулька” обрушился на него праведным гневом за то,  что несчастный осмелился дать сдачу мелочью, а не бумажками, как ожидала покупательница. Выудив доллары из кошелька, она добавила мелочи, чтобы получить сдачу ровно, а блондин посмел ослушаться. “Я же тебе вот, положила, перед носом, слепой что ли?!” Вскипела индеец в юбке, и принялась тыкать в монетки указывая нерадивому продавцу на упущение. “Простите, нет мелких долларов”, покраснел Воробьев. Он явно был парень неконфликтный, и непривыкший еще к местному контингенту. “Ах нахал, ну молодёжь пошла! Ты же и по телефону своему говорил, а тут люди в очереди стоят! Ждать тебя должны!” Разъярилась фурия. “Да я боссу звонил, чтоб мелких денег принесли мне..” кротко отбивался от назойливой бабки блондин, лихорадочно переступая с ноги на ногу, и краснея на глазах. “Хамло молодое” заключила божий одуванчик, уставившись своей индейской маской на парнишку. Пнув полку с конфетами, и ворча себе под нос, она фыркнула и направилась к выходу. Толпа облегченно вздохнула, понимающе переглянувшись с бардового цвета Воробьевым. Он смущенно начал складывать мои покупки в пакет, я достала кошелёк.. когда в проходе магазина показалась грозная фигура нашей знакомой. Она, громыхая тележкой, снова заехала в магазин, и с отвращением глянула на нас, стоящих в очереди. В этот момент, бьюсь об заклад, все почувствовали себя склизкими червяками как минимум, от взгляда густо накрашенных глаз- буравчиков. “Чай забыла!” Буркнула бабка, и проехав по ногам очереди снова, направилась в дальний угол магазина. Блондин покраснел снова, очередь зашевелилась.  Каждый про себя подумал, перед кем она влезет вперед на этот раз….

***

Старших нужно уважать, так нас учили.  Место уступать, сумки нести. Называть на “Вы”… но как же иногда хочется пнуть ее тележку, встать впереди нее на свое законное место в очереди и послать   Туда , куда заслужила. Вот прям так, неучитывая всех этих прелестей возраста, и привилегий статуса… И сколько таких бабок  повсюду, считающих свой возраст пропуском в мир хамства и оскорблений, и желающих получать все привилегии, наступая на ноги молодым…Они нас вечно поучают, тряся указательным пальцем перед носом, и позволяют себе говорить то, за что молодые получили бы по “наглой рыжей морде”. Они- везде, в магазине, на остановке, в церкви. Недовольные жизнью, они отравляют ее и нам. Так давайте же не станем следующим поколением бабок из ада, про которых напишет такая же Наташа 40 лет спустя! По крайней мере я- точно не хочу…

кофе с принцем саудовской аравии

Мой восточный муж очень любит новые контакты. Особенно, если эти контакты родом из богатых стран нефтяного залива, желательно из королевского рода и обладающие несколькими гаремами. Несколькими- потому что это также показатель благосостояния его владельца, ведь содержать десяток женщин- это удовольствие недешевое, учитывая что жен там только половина, а остальные- родственницы, сестры и племянницы, которых вообще никто не выбирал, и они, пользуясь положением, пользуются и благами. Вобщем, гарем и его содержание- это отдельная тема, интересная и занимательная. Благо, мой муж не шейх и не в Аравии, потому как я не люблю делиться, но посмотреть издалека- очень даже загадочно, и заслуживает отдельного внимания. Об этом в другой раз, а сейчас- о почти принце, с которым мы пили вчера кофе. (Кстати, я и тут не удержалась и неподобая восточной жене, с места в карьер поинтересовалась, как у него обстоит дело  с гаремом. Ничего с собой поделать не могу, ну интересно же!)

Мой Хабиби поймал королевскую особу через общих знакомых онлайн. Он долго  изучал его биографию и сферу деятельности, подгоняя под свои финансовые интересы. Вообще, восточные мужчины очень живо интересуются темой денег, (видимо, все таки содержать гарем- дорого). Это мое предположение, но невольно наблюдая за ними в жизни, встречаясь практически каждый день с друзьями, сотрудниками и партнерами мужа, я провела общий знаменатель- деньги и возможность заработать. Они берутся за любое прибыльное мероприятие, и используют все силы и время на воплощение идеи. Поэтому, видя взаимную выгоду, смуглые красавцы смело идут на контакт. Так, наша золотая рыбка не стала исключением, и согласилась с нами встретиться в прошлый викенд. Место принц выбрал хорошее- недорогое маленькое кафе-пекарню с приятным видом и французскими булочками. Приехав в ровно назначенное время, мы заметили паркующийся белый мерседес и резво выпрыгнувшего из него парня в неглаженной футболке и джинсах. Этим нас не удивишь, в Америке гладят только работники банков, и то, скорее по принуждению, чем из эстетических соображений. Парень махнул нам рукой и приветливо улыбнулся. На вид ему около 30, аккуратно выбритый с тонкой бородкой, он производил впечатление породистого домашнего щенка, игривого и залюбленного хозяевами. Белые зубы, ухоженные черные волосы и неглаженная футболка Армани- этот контраст создавал идеальный образ калифорнийского миллионера. С той лишь разницей, что наш принц, на протянутую мной для приветствия руку, немного замешкался и смущенно опустил глаза в пол. Восточная традиция “не смотреть на женщину”, была мне к этому моменту очень знакома, с минуты встречи с моим мужем, поэтому я понимающе уселась за столик и скромно принялась ждать, пока мужчины решат с заказом. Кстати, на эту тему в арабском мире ходит такая шутка: если на женщину можно посмотреть только один раз, то “смотри, не отрывая глаз, одним очень долгим взглядом”… Но на деле, восточные мужчины поступают иначе, и при встрече с женщинами предпочитают смотреть на нее только в том случае, если она не видит. Рассматривать же в упор и пялиться откровенно- это верх неприличия и неуважения, поэтому чаще всего такого вы не увидите. Ну, если только вы не встретите совсем беспардонного представителя этого загадочного мира, который, скорее всего встретил вас на нудиском пляже. В остальных же случаях, мужчины Востока в упор вас рассматривать не станут, и скорее всего, вряд ли заговорят с вами. Неуважение, знаете ли. Но Принц уже несколько американизировался, и участливо поинтересовался, что я буду, при этом глядя мимо меня, как у них принято и пошел заказывать наши булочки. Краем глаза замечаю, что они с хабибом потолкались у кассира, каждый порываясь оплатить заказ наперегонки, тоже очень по-восточному, и вот наши капучино с круассанами приземлились на стол. Самое время рассмотреть королевскую особу. 

Естественно, следуя воспитанию и традициям, разговор велся между мужчинами. К этому я уже тоже давно привыкла, и кстати, это очень удобно. Не нужно блистать познаниями, боясь показаться в каких-то моментах дурой, а можно просто слушать и наблюдать, а в моем случае, потом ещё и записывать для потомков. Итак, Принц принадлежал к королевскому роду, но не прямо, а косвенно, будучи седьмой водой на киселе по отношению к непосредственному правителю государства. Он, несмотря на статус и принадлежность к фамилии, вел собственный бизнес в Америке, хотя, я конечно соврала бы, сказав, что его родословная не играла роли в его успехе. Играла, и причем, значительную. Люди высокого положения  охотно сотрудничали с его фирмой, то ли круговая порука, то ли высокий уровень доверия, а может и то и другое, но принц был хорошо обеспечен связями и прибылью от всего вышеперечисленного. Несмотря на это, он с интересом слушал наше предложение о том, как мы можем быть друг другу полезны, и живо учавствовал в разговоре. Как я уже говорила, любая возможность приумножить финансы восринимается положительно даже  со стороны королевских особ, а потому он охотно включился в обсуждение возможностей. Я было уже заскучала, не понимая половину из того, что они говорили, но тут разговор зашел о его семье.  Мой муж какое-то время жил в Арабских Эмиратах, а у принца там была жена. Надо уточнить, жена номер один. Так вот арабский мир оказался тесен, и нашлись даже общие знакомые,  и вот тут-то я навострила уши. Тема семьи и жен меня очень живо интересовала, и я приготовилась слушать. 

Принц рос  с многочисленными братьями и кузенами. Они, с детсва имея золотые ложки, тем не менее воспитывались строго. Традиционный религиозный устав семьи диктовал свои условия всем ее членам, невзирая на голубые крови. Например, слуги подавали обед только родителям, а дети обслуживали себя сами, раскладывая по тарелкам приготовленное поварами блюда. В случае, если дети не хотели есть приготовленное, им предлагалось оставаться голодными, без варианта “пошли в макдональдс” (тут я подумала о своем оболтусе, зудящим часами, пока не будет отведен в забегаловку на углу или ближайшую пиццерию, когда у нас сдадут нервы). Еда доедалась  до конца, и выбросить остатки считалось грехом, ведь миллионы людей голодают, а они получили от Бога больше, чем все остальные. Но самая любимая моя часть рассказа, на которой я заострила особое внимание, (видимо из-за того, что мой старший спиногрыз и тема уборки хотя бы за собой- несовместимы ) было то, что все королевские отпрыски … мыли за собой посуду! Три раза в день, после еды, они по очереди мыли посуду! Я представила, как хорошо жилось слугам в этом доме, когда “обслуживать” в прямом смысле слова приходилось только главу семьи и его жену, полностью игнорируя кучу детей. Им уж точно было лучше, чем мне, подумала я. За моими приходится ходить с тряпкой и пылесосом весь выходной день, благо, на неделе я на работе… Еще один повод задуматься над тем, кто в нашем совсеменном мире угнетенная сторона- свободная женщина запада, или ….? 

Продолжение рассказа про семью меня добило в конец. Принц, держа чашку с кофе в ухоженных с идеальным маникюром руках, рассказал как однажды они с братьями в течение месяца жили в зоопарке, и каждый день чистили загоны животных. Причем, отец или дядька могли нагрянуть неожиданно, и горе тому, кто в этот момент решил передохнуть! Наказывали и выговаривали строго, так, что никто из братьев не решался брать незаконный отдых, и предпочитали отсиживаться в углу вольера, натянув кепку на глаза и молясь, чтоб в этот момент не заявился родственник, когда было совсем уж невмоготу работать под палящим солнцем пустыни. Этот месяц принцы запомнили на всю жизнь. Кстати, причиной сурового наказания стало то, что однажды кузены  были застуканы за жестоким обращением с кошкой. Разъярённый отец семейства приговорил их к месяцу жизни и работы в зоопарке после того, как лично надавал тумаков “золотой молодёжи”. А братья, послушно убирающие вонючие клетки под палящим солнцем, стали еще более знаменитыми среди местного населения, и главной достопримечательностью зоопарка… 

Закончив  рассказ, принц открыто улыбнулся. Видимо, урок он усвоил хорошо, и по прошествии лет, все понял, принял и на отца обиды не держал. А мне невольно подумалось, есть ли у него сейчас кошка? 

Но вместо того, чтоб спросить про кошку,  у меня вырвался вопрос, интересующий с самого начала знакомства. Наследник престола не носил обручального кольца, что и понятно, потому что с гаремом пальцев не хватит… но все же, интерес взял верх. “А сколько у вас жен?” Выпалила я, когда  принц проглотил последний кусок круассана. “Одна”, невозмутимо отозвался наследник нефтяного королевства и улыбнулся. “Вот! Я тебе говорил, что нет у нас многоженства уже давно”, торжественно огласил мой муж. “Эта тема ее живо интересует”, повернулся он к принцу. “Женщины!”, снисходительно добавил Хабиби.  Мужчины загадочно переглянулись, и принц продолжил. “Несколько жен может себе позволить не каждый мужчина. Это достаточно сложно, и сейчас необходимости в этом нет. Раньше, во время войн, многоженство было необходимостью и благом женщины, всзязи с тем, что обеспечить себя одинокая особа не могла, и нуждалась в крове и крыше. Но и тогда, взяв жену или родственницу в гарем, мужчине приходилось несладко, принимая ответственность за жизнь и обучение новенькой. Иногда, и без того небогатый человек должен был содержать нескольких жен, разрываясь на работе и будучи в конце концов виноватым в их ссорах, недовольствах и зависти друг к другу. В наше время, когда женщины работают, учатся и имеют возможность себя обеспечивать, необходимость в гаремах отпала, и широко не практикуется. Конечно, за исключением шейхов, которые могут себе позволить, а главное, хотят активного продолжения рода. Рядовой же мужчина редко когда пойдет на этот шаг, неговоря уже о том, что не любая жена согласиться стать одной из, а поставить ее в известность муж обязан. Так уж принято.. Да и других причин отказаться от гарема полно, но главная из них- это невозможность одинаково  относиться ко всем женщинам, как заповедует религия. Беря несколько жен, ты запрещаешь себе любить, по крайней мере, любить открыто. Ты не можешь проводить больше времени с любимой женой, потому что остальные будут недовольны и обвинят в нарушении заповедей пророка. А это уже чревато громкими скандалами, разводами, и привлечением внимания общественности, родственников и даже иногда прессы. Любить одну- это роскошь, а любить всех- значит, не любить никого. А мужчина- он же тоже человек, вы так не думаете?” заключил принц, и с улыбкой поставил пустую чашку на стол. Он открыл бумажник и мне в глаза бросилось зеленое удосторерение личности подданого королевства Саудовской Аравии. Вот, почти принц, мечта стольких дамочек и девушек. Простой парень в мятой футболке, а какой ореол загадочности! Сколько о них легенд сложено, сколько тайн и желаний, сколько грез! Сколько наших красавиц едут на восток с надеждой выловить такую золотую рыбку в нефтяном заливе, никак не учитывая, что их, принцев, на всех не хватит. И что они, кстати, тоже люди…

***

“Ты сегодня моешь посуду!” Хором провозгласили мы с Хабибом, узрев вылазившего из-за стола старшего оболтуса, по привычке направившегося в сторону компьютера. Он удивленно обернулся и лениво зевнул. “Че?” Неуверенно переспросил он, уже подозревая неладное, и готовясь к бою. “Иначе будешь убирать кошкин туалет пока он жив!” добавил  Хабиб и демонстративно показал на проходящего мимо кота, который волею судеб как раз направлялся в туалет. Кот скрылся за дверью уборной, а наш старший наследник молча направился к горе грязной посуды….

#принц #шейх #восточнаяжена #замуж #запринца #восток

Полубрат

…тихо в церкви после обеда. Служба закончилась, прихожане разошлись. Сквозь мазайки окон пробивает приглушенный свет. Свечи затушены. В лавке никого. Самое время поплакать. О том, что потеряно и больше никогда не вернётся. О матери. 

Я ненавижу закат моей жизни. Мне уже за 50, дети выросли и разлетелись. Время пролетело, так быстро и так бездарно. А он-остался. Я старалась терпеть, сражаться с собой и с ним, срывалась, орала, каялась, орала опять. Я не могла поверить, что я с ним не справляюсь. Он был наглым щенком, который, зная свою безнаказанность и прикидываясь болонкой, скалил мне свои зубы при первом удобном случае. Он огрызался, будучи еще зеленым, и со временем ощетинился в борзого пса,  которого выносить я была не в силах. Я ждала тот день, когда в его совершеннолетие я навсегда с ним распрощаюсь. Тот день, который не начнётся скандалом и не закончится ненавистью. День, в который я навсегда закрою за ним дверь… И этот день настал. Дверь закрылась за двоими.

***

У нас восемнадцать лет разницы. Когда он родился, я уже жила своей  жизнью и  личная жизнь моей мамы меня особо не касалась. Ее второй муж работал днями и ночами, с трудом сводя концы с концами. Он старался изо всех сил, но денег катастрофически не хватало. Часто, приходя домой, я заставала его сидящим на кухне с чашкой черного чая, раскладывающим по стопкам мелкие купюры. “Это кредит, это счета, это долги..” Он их аккуратно складывал и пересчитывал, оставляя самую маленькую стопку на жизнь. Потом он залпом допивал чай и шел спать, часто заполночь, бережливо выключив весь свет и даже ночники. А утром, ни свет ни заря, он стоял на покрытой инеем остановке   троллейбуса, чтоб начать следующий, такой же как и прошлый, день. 

Мама, не спавшая по ночам из-за криков младенца, с утра брала скудную стопку мелких купюр, и шла за продуктами. Она покупала ему молоко, самое дёшевое, прозрачное от разбавленной воды, и маленькие кусочки масла, хлеба, и дешёвой крупы наразвес. Шлепая по улице с опухшим от недосыпа лицом, постоянно в протекающих ботинках, она толкала коляску с орущим существом и молилась. Молилась о том, чтобы все у него было хорошо. 

И он вырос. Вечно болеющий и нервный, неконтактный и упертый, он не прижился в детском саду. Поводив его неделю, мама забрала его домой и решила, что до школы он будет с ней. Так ей спокойнее, чего ребёнка травмировать. Он “несадовский”, решила она. Подкрепив свои мысли статьями из интерета, она со спокойной душой ждала его семилетия, чтобы пошел он в школу. Ведь это уже совсем другое, в школу ходят все и понятия “несадовский” там нету. Но и там, в школе,  ним было сложно, очень сложно. Еще ребенком, он умудрялся делать “взрослые гадости”, такие, как например подслушивать и пересказывать услышанное. Либо, добиваться внимания криками и оскорблениями, доводя до белой горячки родителей. Ни наказания, ни разговоры не помогали. Нутро начало лезть наружу, неустанно, словно дрожжевое тесто из-под крышки. Тогда я уехала в Америку. 

Но в его восемь лет нас снова свела судьба. И на этот раз гораздо плотнее, и безнадежнее, чем раньше. По воле судьбы, мама и он иммигрировали и я осталась один на один с этим монстром. Поначалу я старалась наладить отношения, понимая, что мне от него никуда теперь не деться, ведь мама и он неразлучны, как дерево с живущим на нем грибом-паразитом. Она тащила его на себе, а он, принимая все как должное, при первом порыве ветра, то есть моего негодования,  хватался за ее юбку и выглядывл из-за нее, с ухмылкой скаля только что выросшие коренные зубы. Я начала бесится. Оттого, что осознала свою беспомощность перед ним. И оттого, что между нами стоит моя мама. И всегда будет стоять, все чаще и чаще поворачиваясь лицом к нему…

Мы перестали разговаривать через год. Мы с ним даже не здоровались. Все наше общение ограничивалось постоянными стычками и руганью, к которой подключился мой старший сын, младший брат и муж. Мама, при первых вспышках нашего гнева, бросалась на его за защиту, вставая живым   щитом и не давая нам достучаться до его совести и разума. Она слепо отбивала наши попытки поставить его на место, в то время как нас колотила мелкая дрожь, скорее от бессилия, чем от ненависти к нему. Иногда удавалось его догнать и побить, пока она не успеет нас растащить,  и вусмерть обидеться. За нашей с ним дракой обычно следовало недельное молчание с ее стороны, с упреком и опухшими от слез глазами. А он, сидянапротив  меня, в такие моменты любил громко, вызывающе мешать сахар в чае, переодически оборачиваясь в мою сторону. Когда однажды я спросила “зачем?”, он честно ответил, что хочет посмотреть на мою реакцию. Стоит ли говорить, что моей единственной реакцией и желанием в тот момент было плеснуть этот чай ему в лицо?

Наша жизнь набирала обороты. Мы старались не приходить домой допоздна, а в те редкие моменты, когда вся семья собиралась под одной крышей, мы сидели по разным комнатам, не разговаривая. Мы старались не пересекаться, не замечать его наглой, сидящей за компьютером, фигуры. Он стал подростком, окреп и почувствовал силы. Силы манипулировать всеми, используя нашу общую мать. Играя роль жертвы, он, выводя нас всех из себя, оставался всегда в выиграшном положении, когда после очередного скандала мы хлопали дверью, а вернувшись, заставали его как ни в чем не бывало, сиднем сидящего дома, поедающим чипсы и смотрящего нон-стоп фильмы. И мать, молча сидящую в углу, и уткнувшуюся в книгу, обиженно  нас игнорирующую… А за этим следовали очередные дни молчания…

Так шли годы. С мамой Мы перестали говорить, обсужать новости, советоваться. Будучи всю жизнь лучшими подругами, мы стали хуже, чем чужие.  Каждый раз приходя вечером с работы, я закрывалась в комнате и выходила только по надобности, стараясь избегать взглядом его компьютерного угла, чтоб не распаляться и не начинать скандал. Я молилась на тот день, когда он уйдёт из моей жизни, отчётливо понимая, что никогда. Он всегда останется грибом-паразитом на моей маме, наглым, борзым и вонючим. А мне остаётся только на это смотреть, тихо его ненавидя.. 

Однажды он решил снять домашнее видео. Взяв мамину любимую чашку, он включил видео и начал имитировать процесс справления в нее нужны. С громким хохотом, он корячился над чашкой и гримасничал в камеру. Ржа и комментирую процесс, он выеживался перед телефоном, пока мама спала. На мой вопрос “зачем?”, он сделал невинное лицо и изобразил раскаяние. До следующего дня. 

***

Я зашла в храм. На сердце непроходящая годами тоска по матери, которую я потеряла много лет назад. Тоска по тому, что не смогла совладать с собой, с ним и с ней. Боль оттого, что из-за ничтожества, волею судеб оказавшегося моим полубратом, я лишилась самого дорогого человека в моей жизни. Она ушла с ним, навсегда оставив меня с этой безнадёжной серой реальностью и осознанием моего одиночества. Я ему проиграла. Он, с той же ухмылкой, что и тогда, корячась над ее чашкой, забрал ее от меня и победно сел на шею. А мне осталось только ненавидеть его, жалеть себя и грызть куски памяти, из которых сложилась моя искореженная жизнь. 

Зайдя в пустой храм, я тихо прошла к алтарю. Не сдерживая слез, и уже было приготовилась хорошенько порыдать, как краем глаза заметила темную хрупкую фигурку в углу. Она, закутанная в платок, теребила в старческих руках четки и с закрытыми глазами читала молитву. Обернувшись, я застыла в оцепенении, казалось, что даже слезы замерли и замёрзли на полпути. Я стояла как истукан, смотря на беребирающие четки морщинистые руки… Передо мной сидела моя мама. Я не видела ее много лет, с тех пор, как она выбрала его. Тогда моя жизнь раскололась и я не склеила ее до сих пор, перевалив за пятый десяток. Я сдалась, и приняла поражение… 

услышав шевеление у меня за спиной, я повернулась. Мои глаза моментально узнали его силуэт. Стоя в церковном облачении, он молча смотрел на меня, но встретив мой взгяд, отвел глаза и сделал вид, что занят чисткой подсвечников. Сердце забилось сильнее, вся моя ненависть, годами копившаяся и пожирающая меня изнутри, поднялась с новой силой. Вся жизнь, от его появления и до его скандального ухода, пронеслась перед глазами. Я сейчас одна, а он с ней. И всегда будет с ней. А я всегда буду одна, с этой змеей безнадежности, которая тугими кольцами обвилась много лет назад, и сейчас, медленно душила остатки моих сил и сдающее позиции сердце. 

Я проиграла борьбу за себя, за нее и за мою жизнь. Я разбита, искалечена и искорежена. Я приняла поражение, потому что больше не могла сражаться с ее безграничной и слепой любовью к нему…А он, и сейчас изображавший  невинность, навсегда остался в моей памяти с оскалом пса в овечьей шкуре. И никогда я не смогу его простить, а ее – понять….

Девушки силиконовой долины 

Вчера написала пост про Элона Маска, и вот что подумала. Как нам, девушкам в долине, сложно живётся. Вот например, стоишь ты в пробке, и ни в носу не покорырять, ни зубы не почистить. Или, не дай Бог, выехать в дорогу без макияжа, чучелом в магазин. А Ведь в соседнем ряду в пробке может стоять сам Элон! И все, позор на всю твою женскую жизнь, ненавидеть себя будешь и на смертном одре, и не в грехах каяться, а в своей беспечности в том злополучном дне пятьдесят лет назад, когда позволила себе такую оплошность. 

Вообще, нам все время нужно быть начеку. В долине, где Цукерберга можно встретить в кафе, а Брина в шопинг-центре, расслабляться нельзя. Не говоря уже о том наборе “светил”, которое присутствует на любом мало-мальски приличном митапе или вечеринке. Сплошные венчурные капиталисты, удачливые стартаперы и нобелевские лауреаты. Вот например, вчера. Захожу я в бассейн, в соответсвующем виде. Макияжа ноль, на голове “утро в курятнике”, пузо на сносях, и шлепая босыми ногами по  плитке, слышу (с ужасом) голос мужа. “Дорогая, познакомься….” Что может быть хуже этого кошмара? Наверное, только то, что представили мне нобелевского лауреата, человека, написавшего книги, которые читает вся организация НАСА и еще полмира. Пышуший здоровьем Дедуля в плавках, на которого я подняла глаза, каких в этом бассейне десяток, радостно протянул руку и поздоровался. “Думаю, в его возрасте зрение все таки уже не то, авось не заметит, какая я сегодня мымра”, невольно пронеслось в голове. Но дедуля, видимо, был орлом, по крайней мере в плане зрения.. Он сочувственно похлопал меня по плечу, заметив, что недолго мне мучаться осталось и я скоро почувствую себя лучше! “Моя жена, будучи беременной, тоже Страдала. Я понимаю, вам нелегко, но Вы держитесь! Уже почти!”, завершил гений и широко улыбнулся американской улыбкой. “Ё….”, подумала я. А будь я покрасивее сегодня, сделала бы фотку для потомков. Еще один шанс упущен, да еще и с провалом. Поспешила ретироваться, пока он увлеченно обсуждал технические новинки с моим мужем, который всегда выглядит хорошо. Он же не на восьмом месяце беременности….

Вообще, закон подлости в долине работает всегда. Не просто шанс, а гарантия нарваться на кого-то жутко известного, когда выглядишь немного лучше Йети. Концентрация гениев на один квадратный километр очень велика, и простой митап в соседнем с офисом ресторане может обернуться сюрпризом. Недавно пошли мы с подругой после работы на пиво. Было это до беременности, я была незамужем, короче, можно было себе позволить. Сидим, ковыряемся в жареных кальмарах, запивая все это по-мужицки огромным пивом в стаканах, размером с голову. Второй круг пива решили совместить с жареной курицей, чего там мелочиться. Хорошо еще, что “Ой мороз, мороз” не завели нестройным хором. В самый ответственный момент, когда обмакнув курицу в соус и отравив все это нестройными рядами в рот, со следами соуса под носом и со смаком предвкушая холодное пиво, подруга застыла с выражением ужаса на лице, и с зависшим  над столом стаканом. “Грэг”, пропищала она, увидев входящего в бар маркетинг-директора Эппла, которого мы обычно видим на презентациях и роликах новых продуктов компании, и очень любим его задорную мальчишескую улыбку. Так любим, что ролики перематываем на то место, где он улыбается. А остальных- прокручиваем до “снова Грэга”. И так по кругу. Я, с трудом проглотив пиво и благодаря Бога, что не попробовала курицу со злополучным соусом, все еще вцепившись в бочку хмельного напитка, грациозно, насколько это было возможно, развернулась к выходу. Грэг, мечта женской половины долины, со своей фирменной улыбкой здоровался с барменом, окруженный такими же Грэгами, как он сам. Спортивный, подтянутый, задорный. Хорош. И мы, две курицы с бочкой пива и жирными от кальмаров руками, стершейся  за день помадой и в кроссовках после офиса. Почему в кроссовках? Этот идиотский вид мы приобрели потому, что запаковались крайне далеко от желаемого бара, и в целях удобства переобулись, благо кроссовки всегда в багажнике… а теперь как две дуры, в офисных юбках и спортивной обуви, мы даже не могли вылезти из-за стола, чтобы сделать фото со светлой головой Эппла! Подруга, которая любит его очень, после того не спала неделю. А я спала, но зарубила себе на носу в очередной раз, что не нужно быть чучелом в публичных местах. 

*** 

“Никогда не знаешь, что следующее “хелло” тебе принесет”, выражение, которым живет силиконовая долина. Перевод корявый, но смысл понятен. Будьте красивыми, девочки!

PS я пишу этот пост в кроссовках и футболке, без макияжа сидя в кафе. Уроки усваиваются долго, а нос уже весь в синяках от все тех же граблей.  🙂

#readmylabios #силиконоваядолина #девушки #долина #америка

Наташа

Я живу в Америке, и меня зовут Наташа. Хорошо, что не в Турции. Хотя, “Наташ”, позорящих наше честное имя, полно везде. Начали они прославляться  пару десятков лет назад, и сегодня,   хоть и модифицировались “Наташи” в Свет, Кать и Юль, суть осталась. Нехорошая, низкая, продажная суть. И к сожалению, эти представительницы сословия содержанок и проституток представляют русских женщин на международной арене, о них слагаются легенды и строятся стереотипы. Потеряв достоинство, приобрели славу и известность во всем мире. А как обидно, что нормальных-то не видно на фоне безмозглых куриц..

Когда я приехала в Америку, я с гордостью говорила всем, что я русская. И не понимала, почему тут столько людей представляются кем угодно, только не русскими? Они были отовсюду, где не звучало упоминание “русскости”. Украина, Белоруссия, Молдавия, Польша… Если даже прабабка мимоездом побывала в этих краях, потомки будут утверждать при знакомстве, что они и есть коренные жители этих славных держав, избегая упоминания России всеми способами, пряча в закромах красный пасспорт. Поначалу я удивлялась, потом задумалась. Почему на мое гордое “я Наташа из России”, я натыкалась на стеклянные глаза и подозрительную улыбочку… Удивлялась, пока не познакомилась с, назовем ее, Катей. Благодаря этой женщине, мне все стало ясно. И очень стыдно. И за страну, Россию, обидно.

Катя была красивой. Высокая, натуральная блондинка с голубыми глазами, тонкой талией и пышной грудью. Она, как ожившая Барби, имела лучезарную улыбку, игривый блеск в глазах, и огромную уверенность в том, что себя нужно очень выгодно вложить. Например, в брак как минимум, с  Элоном Маском. Все остальные-несомненно халопы, достойные только платить за неё в ресторанах, и не более того. Но платить обязаны!

Однажды, по моей неопытности, мы пошли погулять. Вместе, то есть вдвоем. Засели в суши баре, заказали коктейли. И тут начался позор моей жизни, который я не забуду никогда. Вспоминая это действо сейчас, мне до сих пор хочется провалиться сквозь землю, несмотря на то, что дело было почти 10 лет назад…

…Барби, томно обхватив неоплаченный еще коктейль, и развернувшись на 180 градусов от меня, так, что я могла только догадываться, что она изображает на лице, сыграла талантливейшую пантомиму в сторону сидящих за соседним столом мужиков. Почему я говорю “талантливейшую”? Да потому, что через пару минут стайка переместилась за наш стол, вместе со своим пивом. Они явно собирались засесть надолго, учитывая что уже открывалось меню и делались заказы для нашего стола. Когда дошла моя очередь, я решилась на ролл и запомнила цену, приплюсовав ее к своему коктейлю. Повернувшись к Катюше, я только было открыла рот спросить о ее заказе, как сразу же его закрыла. Барби, обвившись вокруг одного из сидящих рядом мужчин, как змея, и заглядывая ему  в глаза как болонка, тыкала пальчиком во все подряд роллы и просила с улыбкой: “можно?”. Несчастный кавалер только кивал, и краснея все больше, соглашался. Зрелище было жалкое, я безрезультатно пихала нахалку локтем, сгорая от стыда и отчаянно жалея о том часе, когда приняла ее приглашение погулять по ночному Сан Франциско…

Заказав  половину меню, и еще пару коктейлей, Катя сложила лапки на коленях, и заискивающе спросила несчастного новоизбранного Рокфеллера, чем он занимается. Услышав, что он обычный программист, Барби немного поникла, но виду не подала, ведь суши-то еще не оплачены. “А мы- модели из Москвы”, с гордостью оповестила она сидящих за столом. На этих словах я готова была залезть под стол и больше никогда оттуда не показываться, пока не закончится этот ужасный вечер. Такого позора я  не могла себе представить даже в страшном сне, а тут вот тебе, наяву, да еще и со мной! Я, учась на компьютерном, в университете Сан Франциско, работая по специальности  и растя сына, уже давно забыла о модельном прошлом в пользу реальной жизни. Сейчас, сидя красная как рак, и с перекошенным от ужаса происходящего лицом, я тоже мало напоминала представительницу мира красоты, поэтому думаю поверили они только в Катькино великое прошлое и настоящее, а меня посчитали подругой-дикаркой, случайно оказавшуюся за этим столом. Я готова была бежать, но тут подоспели суши. Как в фильме про Ивана Васильевича, череда официантов с блюдами потянулась к нашему столу, и мне эта процессия показалась нескончаемой. Когда же наконец парад блюд прошел, я, осмотрев стол, начала прикидывать в уме, как мы будем за это все платить. В конце концов, мой тут только один ролл, и один коктейль, за это и заплачу, решила я, иначе кормиться нам с сыном сосисками до конца месяца. Успокоившись, я выудила свой ролл из кучи навороченных блюд, и решила больше на позорище не смотреть, а заняться моим скромным ужином. Со стороны я наверняка выглядела забитой идиоткой, причем такой, к которой даже никто не решился подсесть, как принято в таких случаях. Мужики, прихлебывая пиво, слушали Соловей-Катерину, а она, довольная собой, вещала им про свою жизнь, заедая роллами и пересыпая рассказ томным хихиканьем. Насытившись, Барби шепнула на ушко кавалеру что -то про нужду припудрить носик, и потащила меня в туалет. На пути в дамскую комнату, она, все еще держа меня за рукав, выловила пробегающего официанта и с чарующей улыбкой спросила: “а где у вас черный выход?”. Моя челюсть начала стремительно падать вниз, и не догоняя, что происходит, я машинально начала доставать доллары из кошелька, ведь мы же уходим, нужно заплатить за ролл. Меня так родители учили. Увидев мою двадцатку, в этот момент кочующую из моих рук в руки опешившего официанта, Татьяна перехватила ее на ходу, и сунула мне в сумку, что-то хихикнув и таща меня в туалет.

“У них нет черного входа, прикинь”, раздраженно заметила она, крася губы и любуясь на себя в зеркало. “Ну ладно, тогда план Б. Пошли.”

Подхватив меня под руку, Катерина натянула фирменную Барби- улыбку и выплыла обратно в зал, таща меня за собой. Мужики приветливо обернулись в нашу сторону, и начали подвинаться на диване, освобождая наши места. Но Катя  и не думала садиться, как оказалось! Она, пробегая мимо столика, и улыбаясь во весь рот… помахала ручкой, и обьявив удивленным мужикам, что нам срочно надо бежать, протащила меня к выходу, не останавливаясь. Завернув за угол, она отряхнулась, поправила волосы, и наконец отпустила  свои щупальца с моего рукава. Победно посмотрев на меня, Барби спросила, как мне понравились суши….

На пути домой, сидя на пассажирском сиденье моей далеко не новой машины, она прочитала мне лекцию о том, что такие как мы должны себя любить и вложить правильно, не лохануться и не прогадать. Что мужик искомый должен обладать не только миллионами, но еще и щедростью. Причем, если она не природная, то нужно его приучить. Надавить. Нажать. Выудить. Не зря же такая внешность-то досталась – пользоваться надо, пока время есть, молодой не вечно будешь.. а до тех пор, пока за Элона Маска замуж не вышла, остальных лузеров нужно использовать как халопов, и этим их осчастливить! Ведь прислуживать королеве- это уже большая честь.

*****

Несколько месяцев спустя, Барби диагностировали с раком третьей степени. Шикарные волосы трансформировались в “под мальчика”, а формы сдулись под химиотерапией. Кавалеров не осталось, денег как не было, так и не стало. Надев кукольный парик, и собрав остатки былой красоты, Катя уехала в далекий штат с единственным “лузером”, кто принял ее такой. В свои лучшие времена она заставила бы его платить за свои суши, презирая его за одно только существование.  Сейчас же, вцепившись в его руку на фото, и придерживая от ветра парик, она удалила всех из друзей и пошла учиться. У нее никогда не будет детей, и былого здоровья, также, как и Элона Маска. Единственное, что у нее еще есть- это шанс осознать всю грязь, натоптанную годами, и шанс попросить прощения у всех тех, кто должен был, по ее мнению, тогда чистить ей ботинки…

***

Видимо, иногда судьба лишает людей возможности иметь потомков. Жёстко так лишает. Безвозвратно. Ведь как известно, яблоко от яблони. А зло- и оно имеет конец. И за все приходится платить, часто с лихвой, даже за “бесплатные” роллы….

#readmylabios #проститутка #продажная #дура #судьба #позор #наташа #elonmusk #илонмаск” #элонмаск #маск